8 февраля, воскресенье, Неделя о блудном сыне. Празднование Собору новомучеников и исповедников Церкви Русской.

8 февраля, воскресенье, Неделя о блудном сыне. Празднование Собору новомучеников и исповедников Церкви Русской. 
В этот же день Церковь совершает поминовение всех усопших, пострадавших в годину гонений за веру Христову - после поздней литургии отслужена лития о упокоении.
В проповеди после поздней литургии настоятель протоиерей Вадим Буренин ещё раз напомнил о безбожном времени, когда бесчисленное количество людей пострадало за свои религиозные убеждения. Он призвал нас помнить о том времени, чтобы зло снова не охватило умы и сердца людей, и трагедия не повторилась снова.

Сегодня протоиерей Антоний Мовсисян рассказал об одном из бесчисленных подвигов стояния за веру. В прошлый четверг по череде он ездил в онкологический диспансер на проспект Ветеранов, где от нашего храма действует молельная комната. Среди пациентов, пришедших на исповедь и Причастие, была пожилая женщина. Она поделилась с батюшкой, что в её роду насчитывается шесть поколений священников. Отец, священник, в годы безбожия выжил. А деда, также священника, забрали в тюрьму, где он находился с другими арестованными за религиозные убеждения. Им сказали так: "Кто крест снимает, того будем кормить. Кто не снимет, тому ничего не приносим". Дед умер от голода. В буквальном смысле уморили до смерти. Крест не снял. Сколько было таких, до смерти верных Господу, знает только Он.

В особый день, когда мы поминаем всех усопших, пострадавших в годину гонений за веру Христову, предлагаем вам воспоминаниями свидетеля тех лет, Ольги Дмитриевны Давидовской (1907 - 1999), бабушки нашего казначея Ольги Николаевны.

Село Мельня Черниговской губернии. В селе вовсю "гуляет" новая власть: кого хочу - казню, кого хочу - помилую. Пришли выгонять бабушкиного отца, протоиерея Димитрия, из церковного дома. В селе священник личного дома не имел, жил в церковном, где его жена, матушка Серафима, учила детей (этот же дом был и сельской школой, а жена священника была и учительницей). Её выгнали на улицу, а отца Дмитрия увели. Без предъявления каких-либо обвинений продержали ночь (или сутки, бабушка не помнила) в подвале. Но так как в селе ещё было много верующих людей, они каким-то образом добились его освобождения. Их с матушкой пустили в дом прихожане, но места было мало, семьи у всех тогда были большие. Всё, что смогли выделить - отгородить занавеской место за печкой. После сноса церкви, он правил службу нелегально на дому. А один из его братьев, в другом селе, был предупреждён односельчанами перед самым арестом, выскочил из дома, но поздно. Наверное, уже увидел бравых, "жаждущих" смерти попа, молодцев. Залез под крыльцо. Его не заметили. В доме шёл обыск, а он сидел на голой земле. Начало зимы, подмораживало. Единственное спасение - пёс. Он грелся о прижавшуюся к нему собаку. Можно только представить, как просил верного сторожа не выдать их тайника лаем или шорохом. Всё перевернув, красноармейцы уехали, но эта ночь не прошла даром. От сильного переохлаждения батюшка заболел и скоро умер. 
А бабушке, как дочери священника, тоже пришлось пережить много горя. Уже на последнем курсе педагогического училища комсорг узнал, что в их рядах предатель - дочь попа, которая скрывала свою родословную. Её выгнали "показательно", заставив испить всю мерзость общественного порицания, не дав доучиться совсем немного. Слава Богу, что кто-то посоветовал уехать с родной украинской земли далеко-далеко, в Казахстан, где за родственные связи судили не так строго. Бабушка честно рассказала о себе директору одной из школ, но он не побоялся взять её на работу. Всю жизнь проработала учительницей математики. Жизнь была сложной, но умерла верующим человеком, через день после исповеди и причастия.
На фото: Ольга Дмитриевна Давидовская, 1950 год.

 

2015_nedelya_o_bludnom_sine